Она помнит войну

Она помнит войну

72 года отделяет нас от Великой Отечественной войны. Несмотря на то, что прошло не одно десятилетие, воспоминания о тех страшных событиях по-прежнему будоражат память ветеранов.

На фронтах Великой Отечественной войны в Красной армии воевало более миллиона женщин. Одной из тех, кто сражался с врагом, была героиня нашего рассказа – Антонина Михайловна Бабаян, в девичестве Мокрякова.
Молодым девушкам, чей возраст был от 15 до 30 лет, приходилось наравне с мужчинами осваивать боевые навыки, военные специальности. Они становились летчицами, автоматчицами, снайперами, водителями.
Антонина Михайловна родилась в 1925 году в поселке Суземка Брянской области. Когда девочке исполнилось два года, родители переехали в Боровск. Мама занималась детьми, хозяйством, а папа работал в одном из местных совхозов. Маленькая Тоня была самой младшей в семье, помимо нее у родителей было еще четверо детей.
Размеренная жизнь юной Тони вмиг оборвалась с наступлением войны, с приходом немцев в Боровск. Три долгих месяца казались бесконечностью. Школа закрылась, магазины, пекарня разграблены. Горожанам приходилось тяжко, не хватало продовольствия.
Во время войны в городе открылись курсы шоферов. На семейном совете было решено отправить учиться туда Антонину. Спустя три месяца девушку с другими обучающимися направили на курсы усовершенствования в город Горький. Через полгода она получила не только профессию, но и распределение на службу в 29-й запасной фронтовой автомобильный полк.
Тоня попала на фронт летом 1943 года. В полку было всего три девушки, им никто не делал никаких поблажек. Они ходили в разведку, стояли на постах… Передвижение из одного места до другого шло на машинах, самоходках, пешком. Солдаты обучали девчонок стрельбе. На ветвях деревьев развешивали пустые консервные банки, делали отметки, в которые необходимо было попасть. Антонина была шустрой и сообразительной девчонкой, поэтому обучение ей давалось легко.
Во время нашего разговора Антонина Михайловна неоднократно вставала перед образами и молила Бога о прощении. Ведь она, как и многие другие солдаты, держала в своих руках оружие, из которого приходилось стрелять, убивать, тем самым защищаясь от врага, защищать от немецко-фашистских захватчиков свою Родину, своих матерей, родных и друзей. Это одно из самых страшных ее воспоминаний.
— Бой. Идет бесконечная стрельба, нескончаемый гул от взрывов, самолетов, техники, людские крики, кровь, мертвые товарищи, — вспоминает Антонина Михайловна. – Вдруг резко все стихло. Сидишь и думаешь, неужели ты жива осталась.
Проходили какую-то деревню. Слышим гул приближающихся самолетов. Налетели они, как черные галки, бомбили, стреляли. Сбросили все и улетели. Смотрим, земля, как решето, везде огромные ямы.
У нас приказ был не беспокоить, не пугать местное население. Люди боялись, выходили к нам навстречу с поднятыми руками. Однажды пришлось остановиться в одной из деревень. Размещались по 5-7 человек в хате. Зашли в один из домов, а там хозяйка стирку не закончила, все от испуга покидала и убежала. Помню, у них стол огромный стоял, только мы за него сели, тут удар, грохот, все посыпалось. Снаряд пролетел поверху потолка, пробил стену и вышел насквозь. Мы сидели за этим столом, как истуканы, и не могли поверить, что живы остались.
Однажды чуть не попали с товарищем впросак. Послали нас в разведку. Дело было недалеко от Житомира. Местность, похожая на ворсинскую железнодорожную станцую, — небольшой полустанок, лесок, впереди поле, за ним река. Рядом с полустанком стоял небольшой домик, где жил стрелочник. У него было свое хозяйство, на огородике большие кучи навоза. Идем с напарником, слышим, техника едет, чья она, не знаем. Глядим, три грузовика, а в них немецкие солдаты, полностью вооруженные. Что делать? Куда прятаться? Поле голое кругом. Спрятались за навозные кучи, сидим. А что сидеть-то, надо к своим бежать, сообщить о немцах. Короткими перебежками, рискуя жизнью, прибежали в полк, доложили информацию. Наши направили туда людей, немцы из машин повыскакивали и… по полю. А там все, как на ладони… За эту операцию была награждена медалью «За отвагу».
За военные годы многое случалось. Но одно могу сказать, девочкам доставалось несладко. Особенно в холодное время года. Белье меняли через 7-10 дней. Мылись редко.
Летом было проще, старались остановиться рядом с рекой, разбивали палатку и устраивали там полевую баню. Каждый месяц девушек проверял гинеколог, ведь молодость, безрассудство, чувство влюбленности. Беременных или имеющих какие-либо болезни сразу же отправляли домой. Сложно было находиться среди мужчин.
Зимы раньше были холодные, мороз жгучий. В детстве часто болела ангиной, а на фронте забыла, что это такое. Мама в редких письмах все время переживала за мое здоровье, я ее успокаивала и писала, что все у меня хорошо.
Со мной вместе служила Зина Ситникова из Новосибирска. Она была нашим почтальоном. Шли мы через железную дорогу и наткнулись на немецкий блиндаж. Оттуда нам навстречу выползли три раненых немца, они умоляли их застрелить. Зайдя внутрь блиндажа, были поражены его огромными размерами, чистотой и продуктовыми запасами. Нас заметили немцы и стали выпускать ракетницы, показывая место обстрела. И вдруг послышалось: «Ура!». Зиночка как закричит: «Наши, наши!» — и побежала. Мы ей «назад», а она, никого не слыша, выбежала из блиндажа и подорвалась.
Каждый из нас с нетерпением ожидал окончания войны. От усталости реакция, слух, зрение — все притуплялось. Только присядешь и думаешь, хоть бы часочек поспать.
Были случаи трусости. У советских солдат был приказ, ни шагу назад. Тех, кто поддавался слабости и хотел убежать, расстреливали на месте. Всех нас спасло 9 мая.
Закончилась война, повзрослевшая Антонина вернулась в Боровск. Через некоторое время она вышла замуж за своего сослуживца и уехала к нему на родину в Армению. Там появились дети, выросли внуки, подрастают правнуки. Сейчас Антонина Михайловна радуется, что у нее огромная и дружная семья. В этом году наша героиня будет праздновать свое 92-летие.

Бабаян2

Елена Голуб

№18 (818) 10 мая 2017

Похожие записи